3 октября, немецкая нация отмечает 20-летие своего воссоединения в рамках единого государства. Напомним, что ровно два десятилетия назад вступил в силу договор об объединении ГДР и ФРГ, подписанный представителями четырех стран-союзников во Второй мировой войне. Таким образом, был положен конец искусственному расколу немецкого народа, который был осуществлен державами-победительницами как неизбежная кара за развязывание мировой бойни.

С точки зрения немцев воссоединение – действительно историческое событие. Хотя, как уже рассказывал KM.RU, выясняется, что даже в современном немецком обществе до сих пор не вполне преодолен ментально-географический раскол на «осси» и «веси», отсутствует единство в его оценке. По мнению целого ряда авторитетных политиков и экспертов из числа выходцев из ГДР, дискриминационные условия, положенные в основу объединения двух Германий, скорее позволяют говорить об аншлюсе (памятуя историю враждебного поглощения Австрии фашистской Германией в 1930-е гг.), чем о подлинно равноправном объединении.

Впрочем, оставим этот вопрос на усмотрение немецкой общественности. Ведь нас интересует совсем другой суд истории, вердикт которого становится тем очевиднее, чем больше времени проходит с момента того памятного события.

Последствия объединения Германии с точки зрения российских национальных интересов оценивает российский политический деятель, историк и политолог Наталья Нарочницкая:

– В принципе, к этому событию нужно относиться как к неизбежному явлению. Логика существования двух германских государств на протяжении послевоенной истории заключалась в том, что одно из них было капиталистическим, а другое – социалистическим. Но после начала горбачевской перестройки и размывания идеологического стержня эта логика была автоматически поставлена под сомнение. В свою очередь, немцы оказались на высоте представившегося им шанса на восстановление своего единства, несмотря на то, что им это очень дорого стоило в экономическом смысле. Тем не менее, они презрели всевозможные экономические издержки – которые несут до сих пор – ради более высокой цели.

Что же касается наших интересов, то, как выяснилось чуть позже, это, казалось бы, позитивное историческое событие стало предвестником крупнейшей геополитической катастрофы в новейшей истории в виде крушения Советского Союза. Что, в частности, сопровождалось сдачей позиций по целому ряду направлений. Чего стоит хотя бы отделение Прибалтики от России, которая была в ее составе с 1721 года! Напомню, что в свое время именно выход к Балтике и Черному морю сделал Россию великой державой, «без которой не стреляла ни одна пушка в Европе».

Уже тогда многие комментаторы обращали внимание, что Горбачев буквально выталкивал своих гэдээровских собратьев в «объятья» Западной Германии. Причем политики Федеративной Республики Германия даже не верили своим глазам, когда это происходило. Не говоря уже о том, что тогдашнему руководству СССР можно предъявить массу претензий по поводу того, что оно не обусловило свое согласие на объединение Германии серьезными – притом письменными! – обязательствами со стороны Запада.

Например, добиться от него не вербального, а узаконенного международно-правовым путем обязательства отказаться от расширения НАТО на восток после вывода наших войск из ГДР. Всего этого можно было достичь, о чем нынешний министр иностранных дел России Сергей Лавров как-то открыто говорил на заседании нашей фракции «Родина».

Не секрет, что канцлер ФРГ Гельмут Коль был готов щедро заплатить за наше согласие не препятствовать объединительному процессу. Более того, я знаю, что немецкие политики даже были готовы рассматривать вопрос о придании объединенной Германии особого статуса в НАТО – вплоть до нейтралитета. Однако Москва не использовала ни одной из предоставлявшихся тогда ей возможностей. Вместо этого Горбачев предпочел удовлетвориться устным обещанием нерасширения НАТО на восток, о котором Запад через короткое время благополучно «забыл». А мы, между прочим, до сих пор имеем договор об обычных вооружениях, которые закрепляют конфигурацию фланговых ограничений, существовавшую еще во времена действия Варшавского договора.

Таким образом, негативным итогом объединения Германии является не сам этот факт, а то, каким образом это было осуществлено. В результате наши геополитические позиции начали сыпаться буквально на глазах, в то время как очень многого можно было избежать, закрепив в письменных обязательствах.

Я помню, как лично участвовала тогда в т. н. «ситуационном анализе» этой проблемы в ИМЭМО, и все наши либерально настроенные западники кричали о том, что только «наивный дурак» может сейчас думать о Ялте или Потсдаме, в ситуации, «когда все изменяется». Да ничего ровным счетом не изменилось! Просто тогда многие люди были почти буквально опьянены «новым мышлением» и готовы раскрыть объятия перед всем миром. Запад же классически воспользовался давно испытанным «старым мышлением», мгновенно занимая те позиции, с которых мы отступали.

Справка KM.RUНедавний опрос населения ФРГ показал, что день объединения является для 84% по-настоящему праздничным событием. Однако, несмотря на позитивный настрой в целом, 91% опрошенных на востоке и 72% – на западе страны убеждены в том, что жизнь в Восточной и Западной Германии до сих пор сильно отличается.